В четверг ездили в зоопарк. Последний раз я там была лет 7 назад.
На этот раз в зоопарке были белые тигры, львы, жираф, косули, пеликаны, медведи, верблюды. Конечно, я была в восторге от того, что смогла погладить зебру, дотронуться до спящего тигра, но чем больше я там находилась, тем хуже мне становилось. Мне было тошно от запаха, от того, что маленький львенок, которого я тут же назвала Симбой, сидит в клетке и каждый, у кого есть деньги, может схватить его за шкирку и запечатлеть на фотографии. Я видела льва-Муфасу и львицу-Сараби, которые безразличным взглядом скользили по проходящим мимо людям, сверкающим вспышками фото. Я надолго остановилась перед клеткой с белым тигром. Он метался вперед, назад, а в одном месте поворачивался и смотрел прямо в глаза. И вдруг кинулся на решетку и все в ужасе отшатнулись, а он опять - вперед, назад. Я отмечала раны у животных, грязь клеток, безразличность. И отчетливо понимала, что это - на всю жизнь. Чем они заслужили это заточение? Куда приятнее было бы видеть, как львы несутся во весь опор, как к львице ласкается львенок, как раздается громовой рык догнавшего добычу льва. И человеку, скорее всего, не было бы там места, но это было бы естественно.
На адреналиновом мосту, который представляет собой клетку-коробку с решеткой в 2,5 метра высотой и мостом посередине вместо крыши, я готова была закричать. В клетке лежали лев и львица, откормленные до нереальных размеров, в природе такое недопустимо. Но здесь все можно понять - отсутствие простора для пробежки, постоянная кормежка до отвала, и в итоге животным лень передвигаться, они не реагируют на крики, причмокиванья и смех, а, как мне кажется, молодой, поджарый лев вполне мог бы допрыгнуть до моста, чтобы высказать свое недовольство. А так - туша огромная, проблем создать не может. Мне было жутко. Тигр, повернувшийся спиной ко всем и позволяющий щипать себя и гладить тоже ни на что не реагировал. Мне очень интересно было, что они едят. Проходящие мимо девушки разговаривали с тиграми и львами, как с ручными котятами, и мне захотелось уйти. И мы ушли.
 |
Слава рвет дикие яблоки (потом признался, что не вкусно, а вот те, что мы нашли на Ай-петри, были объедение) |
 |
Тот самый Симба, фото с которым стоит 50 денежных единиц. |
 |
У Муфасы обреченность во взгляде. |
Так не кстати разрядился фотоаппарат, потому что началось что-то невероятное. А, может, это и к лучшему, можно полностью сосредоточиться на созерцании.
Мы поехали на Ай-петри. От чистого воздуха и блюза закружилась голова, а я поминутно трогала коленку Славы, показывая на великанские сосны за стеклом. Мы петляли вправо и влево и поднимались выше и выше, и поднялись на смотровую, где за нас со Славой испугалась женщина, потому что мы сидели почти на краю горы, а перед нами раскинулась Ялта, величественные горы, даже было видно Аю-даг на горизонте. А там Римма. Совсем недалеко, если бы уметь летать.
У нас в городе осень еще не заметна. Разве что стало прохладно по утрам и я никуда не выхожу без пайты или свитера. а там, в горах, стало ясно, что осень вступает в свои права. Листья меняют свой цвет и уже появились грибы. Мы спускались с обратной стороны горы, и было так красиво, что мне хотелось выйти и идти пешком. Долго-долго, просто чтобы идти. По все тропкам, по которым не проложен асфальт. Пейзажи напоминали мне то Америку, то Исландию, то Норвегию. Я загорелась желанием следующей осенью собрать компанию и отправиться в поход по этим местам. А потом, когда все выдохнемся, поймать попутку, в них недостатка нет. Мы проезжали мимо тетеньки, которая продавала чай из крымских трав, я очень такие люблю и купила две пачки. Она продавала варенья из одуванчиков (у нас теперь такое стоит в холодильнике), из барбариса, шишек, всевозможных трав, персиков, клубники. И все это можно было попробовать.
Да, по утрам это очень вкусно пить.
Мы проезжали мимо старых деревенек, где бабушки продавали мед, яблоки и варенье. Проезжали мимо Большого каньона и нет, это не тот, о котором вы подумали. Мы видели лошадей и пасеки с пчелами, мимо скал, обвитых плющом, деревьев, чудно переплетенных и напоминающих джунгли в миниатюре. Мы видели удивительные домики и искусственные озера, кучу маленьких ресторанчиков и кафе, стоянок, где можно найти ночлег.
Когда мы возвращались в Балаклаву, мне было страшно, потому что улочки выглядели незнакомо. Так, будто мы не видели их десяток лет, или не были вообще никогда, но видели во снах.
Мы пришли домой.
Мы пришли домой.
А впечатления бурлили внутри, да и сейчас не утихают.
Если и нужно жить, то ради таких моментов. А еще очень здорово, когда есть с кем их разделить.